Не удивляйтесь, что в нашей истории своё времяисчисление, которое в данный момент не совпадает с реальным временем. Это ненадолго. Пока буду свою байку рассказывать, всё опять выравняется.
Холод.
© Зима, как обычно, наступила внезапно. Снегопад продолжался несколько дней кряду, засыпая дороги и нарушая привычный городской ритм. На улицах выросли сугробы, транспорт застыл в пробках.
Лин слишком долго добиралась из универа в общежитие и успела капитально продрогнуть. Придя домой, она первым делом пошла на кухню и заварила себе чай. Принесла чашку в комнату, устроилась на кровати, закутавшись в плед, и стала пить горячий чай маленькими глотками, постепенно отогреваясь и возвращая себе нормальное расположение духа.
От тепла Лин разомлела, и её стало настойчиво клонить в сон.
Телефонный звонок заставил её вздрогнуть от неожиданности. Мобильник остался в сумке, которую она бросила в угол комнаты, когда пришла домой. Лин жутко не хотелось вылезать из своего тёплого гнёздышка, но она всё же сделала над собой усилие, откинула плед в сторону, сползла с кровати и добралась до сумки.
Ей пришлось потратить ещё некоторое время на то, чтоб откопать мобильник в её недрах. Тот всё это время продолжал заливисто трезвонить и действовать Лин на нервы. Прежде, чем ответить, Лин взглянула на дисплей.
Определившийся номер не был ей знаком. У неё мелькнула мысль о том, что, вероятно, кто-то ошибся, и ей стало досадно, что пришлось из-за этого вылезать из постели, но она всё же ответила.
- Алло.
- Добрый день. Могу я поговорить с Линнет? – официальным тоном поинтересовалась девушка на том конце разговора.
Лин определённо никогда раньше не слышала этот голос.
- Да. Я вас слушаю, - настороженно ответила она.
- …Линнет, мы с вами не знакомы, - сказала девушка после небольшой заминки. – Меня зовут Алиса. Честно говоря, у меня к вам не очень приятный разговор личного характера.
У Лин стало муторно на душе. Уже знакомое ей нехорошее предчувствие заставило сердце судорожно сжаться.
- У нас с вами есть один общий друг, - продолжала девушка.
Лин уже поняла, что именно сейчас услышит, сердце зашлось от ноющей боли, но она собрала волю в кулак и, изо всех сил стараясь не позволять голосу дрожать, спросила:
- О ком вы говорите?
- О Дилане. Вы ведь с ним знакомы?
- Разумеется. Он мой парень, - жёстко заявила Лин.
- Видите ли, у меня тоже есть веские основания считать его своим парнем.
Собеседница Лин старалась говорить уверенно и даже высокомерно, но Лин уловила в её голосе едва заметную дрожь.
- Если вы так уверены в том, что он ваш парень, к чему этот разговор? Разве ему что-то мешает самому сказать мне о том, что он встретил другую девушку и прекратить со мной отношения? – Лин вложила в свой ответ определённую долю яда и сумела не выдать своего состояния.
- Возможно, его устраивает наличие у него двух девушек сразу, - ответила Алиса.
- Это возможно только при условии, что ни одна из девушек не будет в курсе его происков, так ведь? Вы обо всём знаете, но разговариваете не с ним, а со мной, - спокойным тоном констатировала Лин, хотя это видимое спокойствие дорогого ей стоило. – Вы не ставите его самого перед выбором, а звоните мне и заявляете, что вы его девушка.
- Слушай, тебя что, совершенно не волнует то, что он тебя обманывает? Ты что, не понимаешь, что он тебе изменяет? Тебе всё равно, да? – Алиса, по-видимому, предпочла отбросить в сторону излишние церемонии, в её голосе зазвенели возмущение и лёгкая паника. – Он обеим нам морочит голову! Тебя это что, устраивает?!
- А тебя это устраивает? Ты знаешь о моём существовании и о наших с ним отношениях и, тем не менее, ты утверждаешь, что считаешь его своим парнем. Ты чего хотела добиться этим разговором? - пренебрежительным тоном поинтересовалась Лин. – Это ведь он рассказал тебе обо мне, так?
- Какая разница, кто мне сказал? – не слишком уверенно парировала Алиса. – Факт остаётся фактом, он изменяет тебе со мной. Понятно?
- Ты всё сказала? – фыркнула Лин. – Тогда разговор окончен.
- Ну и дура же ты! – выкрикнула в трубку Алиса.
Лин, несмотря на острую душевную боль, испытывала злорадное торжество, чувствуя, как её соперница исходит желчью от бессильной злобы.
- Сама ты дура, - равнодушно заявила она и отключилась от разговора.
Несколько секунд она стояла без движения с телефоном в руке, потом бессильно опустилась на кровать и разрыдалась так, как никогда в жизни ещё не рыдала, надрывно, отчаянно. Всё хорошее в один миг испарилось из мира. Всё, во что она верила, на что надеялась, о чём мечтала. Всё рухнуло. У неё не было ни малейших сомнений в том, что эта Алиса ей не соврала. Она сама чувствовала это, догадывалась обо всём с той их последней встречи, но предпочитала не думать об этом. Теперь не было смысла обманывать себя. Даже, если он сделал свой выбор и у него с этой девушкой всё кончено, это уже ничего не меняет.
Лин всегда была реалисткой, мудрой и рассудительной не по годам. Она отдавала себе отчёт в том, что сильно рискует, пытаясь сохранять отношения на расстоянии. И всё же, надеялась на то, что он любит её. Любит так же сильно, как она любит его. Любит и не предаст.
Лин корчилась в рыданиях, умирая от безысходности, захлёбываясь в разочаровании и ощущая полную бессмысленность своего существования в этом холодном мире, где ей не во что больше верить.
-------------------------
В конец измотанная душевными переживаниями, Лин задремала.
Она снова шла по тёмной чаще, которая обступала её всё плотнее. Ей не было страшно, ей было тоскливо и неуютно. Она знала, что ей следует улетать отсюда как можно скорее, иначе эта тоска совсем её затянет. Она сделала лёгкое движение всем телом, отрываясь от земли и ощущая уже знакомую невесомость.
Внезапный резкий звук вдруг прервал её сон, заставив в испуге подскочить на кровати. Сердце бешено колотилось, и какая-то противная тошнотворная слабость расползалась по всему телу. Лин с трудом сообразила, что снова звонит её телефон.
Она машинально потянулась к нему и нажала кнопку ответа.
- Привет, любимая!
Лин ещё не совсем пришла в себя, и его бодрый голос прозвучал для неё так, словно он доносился с другой планеты. Она какое-то время тупо смотрела на дисплей, на котором высветился номер его мобильного. Лин испытывала какое-то крайнее замешательство. Происходящее казалось ей совершенно нереальным и нелепым. То, что он звонит ей сейчас и называет любимой, не укладывалось в голове и было похоже на какой-то идиотский фарс.
- Лин, ты меня слышишь? Лин! Алло! Лин!
Она слышала его голос и не понимала, что сейчас чувствует. Это замешательство заставило её поднести телефон к уху и ответить.
- Алло, - собственный бесцветный голос показался ей совсем незнакомым.
- … Лин…Это ты? – озадачился он. – Что-то случилось? – в его голосе появилось напряжение.
- Да, наверное, случилось. Тебе об этом лучше знать, - обида и злость уже перевесили растерянность, и в её словах зазвенел лёд. - Твоя девушка, Алиса, сообщила мне некоторые подробности ваших с ней отношений.
-… Она тебе звонила?... Лин, я очень тебя прошу, пожалуйста, не делай сейчас никаких выводов… Я тебе всё объясню. Всё совсем не так, как тебе сейчас кажется, - его голос заметно дрожал от волнения. - У меня с ней нет ничего, клянусь. Это было случайностью, недоразумением… Ничего нет, Лин! Лин, верь мне, пожалуйста! Я люблю тебя! Мне никто, кроме тебя, не нужен! Слышишь?! Лин!
- Не ори. Я не глухая, - холодно ответила Лин. – Мне не нужны твои объяснения. Всё кончено.
- Нет! Так нельзя, Лин! Нам надо поговорить! Я приеду! Я всё объясню!
Лин прервала разговор. Тут же раздался новый звонок. Она сбросила вызов. Ещё звонок. Лин отключила телефон.
Холодно, зуб на зуб не попадает. Душа стынет. Вот и всё. В её жизни нет больше Дилана.
Она какое-то время осмысливала этот факт. Слёзы, похоже, в ней закончились, но боль в душе с каждой секундой становилась всё острее.
Тишина в комнате стала такой невыносимо гнетущей, что Лин захотелось срочно куда-нибудь сбежать отсюда.
Она поднялась с кровати и взглянула на себя в зеркало. Вид собственного опухшего от слёз лица и потускневших глаз вызвал у неё приступ жалости к себе самой, и слёзы опять запросились наружу, но Лин решительно отогнала от себя слезливое настроение, скорчив зеркалу рожу и упрямо тряхнув волосами.
Если б сейчас был день, она обязательно куда-нибудь пошла бы, куда угодно, лишь бы не сидеть тут, болезненно привыкая к своему нежданно навалившемуся одиночеству. Но был уже вечер. Перспектива скоротать остаток дня и ночь в этой комнате один на один со своей бедой откровенно её пугала.
Лин взяла полотенце и направилась в ванную, решив для начала привести себя в порядок.
Она долго плюхалась в холодной воде, ополаскивая лицо и поглядывая на своё отражение в зеркале, висящем над раковиной. Она казалась себе сейчас такой взрослой, почти старой. Промокнув лицо полотенцем, Лин попыталась улыбнуться своему отражению, но глаза не желали улыбаться, и вряд ли кто-нибудь смог бы сейчас судить их за это.
Лин медленно поплелась обратно в свою комнату, совершенно не представляя, что будет делать дальше...
Продолжение следует...
. Бедная девочка, самое ужасное-это пустота, от нее труднее отправиться. Время всё раставляет по местам и у Лин всё-всё будет хорошо. Ритуль, красиво написано и так чувствуется боль Лин, что самой хочется плакать. Может кто-нибудь из общежития появиться и отвлечет ее...
А у тебя это всё так живо выходит! С таким надрывом. Бррр...
)